Битва подо Ржевом стала одной из самых кровопролитных во Второй мировой (ФОТО)

Ржевский мемориал Советскому солдату, открытый 30 июня 2020 года.

Ржевский мемориал Советскому солдату, открытый 30 июня 2020 года.

Всеволод Пуля
Сражение возле маленького города на северо-западе России не было триумфом Красной Армии. Однако оно заложило основу для судьбоносных побед в Сталинграде и на Курской дуге.

Когда в декабре 1941 года Красная Армия начала контрнаступление под Москвой, Вермахт был отброшен на расстояние до 300 км от столицы. «В первый раз в эту войну мною отдается приказ о том, чтобы отвести большой участок фронта», - вынужден был признать Адольф Гитлер. Однако надежды советского командования в скором времени разгромить группу армий «Центр» оказались преждевременными.

Несмотря на колоссальное давление со стороны советских войск, немцам удалось закрепиться на плацдарме между городами Ржев и Вязьма, всего лишь в двухстах километрах от Москвы. Этот выступ на протяжении нескольких последующих лет станет костью в горле советского командования - в любое время Вермахт мог совершить с него новый бросок на столицу. 

Именно здесь с октября 1941 года по март 1943 года разразилось одно из самых кровопролитных сражений в истории Второй мировой войны - Ржевская битва. Следует отметить, что в СССР такого термина не было - каждую наступательную операцию Красной Армии по уничтожению опасного плацдарма рассматривали отдельно. Этой же точки зрения придерживается и ряд современных историков. 

Немцы превратили Ржевско-Вяземский выступ в настоящую крепость. Перед одним только Ржевом соорудили 559 дзотов и блиндажей, вырыли 7 км противотанковых рвов. В район стянули до половины всех сил группы армий «Центр». Немецкая пропаганда провозгласила его «неприступной линией фюрера», утверждалось, что «потеря Ржева равносильна потере половины Берлина».

Ржев, по мнению историка Алексея Исаева, стал «Верденом Второй мировой войны». Здесь не было места блицкригу, но происходили долгие изматывающие позиционные бои, как мясорубка, перемалывающие сотни тысяч жизней.

Потерпев неудачу зимой 1942 года, Красная Армия предприняла новую попытку летом. Однако из-за недооценки возможностей противника, ошибок советского командования (частые удары «в лоб»), распыления своих сил удар полумиллионной группировки в ходе Первой Ржевско-Сычевской наступательной операции не смог прорвать глубоко эшелонированную оборону противника. «Тысячи осколков, как ядовитые скорпионы, впиваются в людей, рвут тела и землю… “Вперед! Вперед! - кричат оставшиеся в живых командиры и замертво валятся со своими бойцами», - вспоминал командир стрелкового отделения 215 стрелковой дивизии Борис Горбачевский.

Неся большие потери, советские войска в ходе летне-осенних боев сумели продвинуться лишь на несколько десятков километров вглубь захваченной противником территории. Начавшиеся ливни сильно осложнили действия авиации и общее наступление Красной Армии. «В траншее чуть ли не по колено в воде, под водой наши и немецкие трупы, что-то мягкое и скользкое еще шевелится под ногами, а ты, балансируя на этом неровном дне окопа, увертываешься от смертельных ударов и изо всех сил наносишь их сам», - вспоминал командир огневого взвода 52-й стрелковой дивизии Петр Михин о рукопашных схватках с противником. 27 сентября части 30-армии даже ворвались в Ржев, но были выбиты оттуда подошедшими резервами противника.

Однако и для немцев «Ржевская мясорубка» летом-осенью 1942 года обошлась дорого. Самая крупная дивизия Вермахта «Великая Германия» (до 18 тысяч человек) потеряла за несколько недель боев убитыми и ранеными около 10 тысяч. Во многих полках оборонявшей Ржевско-Вяземский выступ 9-й армии генерал-полковника Вальтера Моделя были убиты все ветераны, прошедшие еще польскую и французскую кампании, наступление 1941 года. На смену им из Западной Европы ехали необстрелянные новобранцы.   

Как отмечает в своем исследовании «Ржевская бойня. Потерянная победа Жукова» историк Светлана Герасимова, «для Гитлера стало делом престижа взять Сталинград и не сдать Ржев, для Сталина - взять Ржев и не сдать Сталинград». Первая Ржевско-Сычевская наступательная операция не достигла этой цели, но сорвала новое готовящееся наступление на Москву и сумела втянуть в бои немецкие дивизии, предназначенные  для переброски на юг, где уже начиналась Сталинградская битва.   

Вторая Ржевско-Сычевская наступательная операция («Марс») куда менее известна, чем ее «близнец» - операция «Уран» в Сталинграде. Красная Армия начала «Марс» 25 ноября, на неделю позже «Урана», располагая в районе Ржева большим, чем под Сталинградом, количеством солдат и артиллерии. Однако взять в клещи 9-ю армию Моделя, как это произошло с 6-й армии Фридриха Паулюса, не получилось: здесь не было слабых румынских войск на флангах и советские атаки по-прежнему разбивались о хорошо подготовленную оборону противника. К середине декабря 1942 года наступление Красной Армии под Ржевом окончательно выдохлось. «Марс» не достиг своих целей, но сковал немецкие дивизии, не позволив им отправиться под Сталинград для деблокирования окруженной 6-й армии.   

После катастрофы под Сталинградом и взятия советскими войсками Великих Лук в тылу 4-й и 9-й армий, немецкие войска в Ржевско-Вяземском выступе оказались на грани катастрофы. В итоге, в марте 1943 года в ходе операции «Бюффель» («Буйвол») они полностью очистили выступ, окончательно сняв угрозу Москве.

По мнению Алексея Исаева, бои под Ржевом способствовали не только успеху Красной Армии под Сталинградом, но и косвенно помогли советскому триумфу в Курской битве летом 1943 года. Сильно измотанная и потерявшая много опытных кадров в ходе Ржевской битвы, 9-я армия Моделя не смогла восполнить боеспособность к началу сражения, и ее считавшееся ключевым наступление на северном участке Курской дуги практически сразу же захлебнулось.

В результате одной из самых кровопролитных битв в истории Второй мировой войны, в период с октября 1941 года по март 1943 года Красная Армия потеряла убитыми, ранеными, пропавшими без вести и попавшими в плен более миллиона трехсот тысяч человек. Немецкие потери оцениваются в четыреста-семисот тысяч. «А кости с тех полей и не убирали», - рассказывал приехавшим после войны московским поисковикам один из жителей города Гжатска южнее Ржева: «Где бульдозером сгребали, а где прямо так пахали, по костям. Бывало пустишь трактор и смотришь вперед, вдаль, на какую-нибудь березку, чтоб не сбиться и не видеть, что тебе под трактор идет…»

Было интересно? Тогда подпишитесь на страницу Russia Beyond на фейсбуке
А вот еще

Наш сайт использует куки. Нажмите сюда , чтобы узнать больше об этом.

Согласен