Как в Бразилии появилась школа Большого театра

Фото из личного архива
Двадцать лет назад ее создавали ведущие московские мастера балета. Сегодня ее выпускники танцуют в Большом и труппах Европы и Америки.

Бразильский город Жоинвилль в провинции Санта-Катарина – единственный в мире, где действует балетная Школа Большого театра. О том, как удалось добиться того, что ее выпускники нарасхват во всем мире, Russia Beyond рассказала педагог классического танца Анна Коблова, которая передает в Бразилии свой опыт выпускницы Московской академии хореографии, Российской театральной академии и артистки Большого театра. 

Москву и Жоинвилль разделяют более 12 тысяч километров. Почему этот маленький бразильский город был выбран для создания школы Большого театра? 

Жоинвилль – индустриальный город в штате Санта-Катарина, одном из самых больших и благополучных в Бразилии. В конце 1990-х губернатором штата был Луиз Энрике, пассионарий, который много делал для развития культуры. В Жоинвилле проходил один из крупнейших в Бразилии фестивалей танца, включавший разные направления хореографии – и современный танец, и классический, и городской, и национальные, и хип-хоп. Луиз Энрике понял, что если в городе есть такой фестиваль, ему нужны балетная школа и свой театр.

Жоинвилль, Бразилия

Этот человек был максималистом, и когда он загорелся этой идеей, то решил: раз лучшей в мире балетной школой считается русская, то нужно сделать в Бразилии школу русского балета. Он приехал в Москву и сумел встретиться с Владимиром Васильевым, который тогда был генеральным директором Большого театра. Владимир Викторович идею поддержал. Это было время экономического роста в Бразилии, было много нефтяных денег, и школу выстроили буквально за год, превратив ее в социальный проект. Вслед за этим планировалось строительство театра, чтобы это был единый комплекс, как это работает в крупнейших балетных столицах мира, – школа снабжает театр собственными кадрами. Но Луиз Энрике ушел несколько лет назад из жизни, не успев закончить этот проект. И все же, мне кажется, в городе понимают его важность, и его осуществят, только позже, чем это было задумано. 

Школа по-прежнему существует как социальный проект? 

У нас учатся дети из бедных и малообеспеченных семей и просто способные к балету дети – все, кто проходит конкурс, который у нас 120 человек на место. Школа оплачивает ученикам питание, школьную форму, медицинское обслуживание, библиотеку, все школьные материалы – восемь лет дети находятся на полном обеспечении. Но нагрузки бешеные: в младших классах первая половина дня – балетное образование, вторая половина дня занята общеобразовательными уроками в другой школе, у старшеклассников наоборот: утром общеобразовательные предметы, а вечером специальные и репетиции.

Анна Коблова с ученицами

Причем сейчас в школе учатся не только дети из Жоинвилля или Санта-Катарины – у нас студенты со всей Бразилии, даже из Парагвая, Уругвая, Аргентины, и все они попадают под финансирование штата Санта-Катарина и спонсоров. 

То есть у школы есть не только государственная, но и частная поддержка? 

Конечно, одной государственной поддержки никогда не хватает, потому что у балетной школы много расходов. Помогают физические и юридические спонсоры  и попечители, причем это не только бразильские корпорации – попечителем может стать любой желающий, любое физическое лицо. И помощь может выражаться не только финансово, но и в услугах. Например, любой может настроить такую функцию, что при оплате коммунальных платежей у него каждый раз будет сниматься на 2 реала больше в пользу школы Большого театра. Поэтому у школы много попечителей, и люди ощущают свою причастность к нашей работе.

Анна Коблова

Нам же это дает возможность быть абсолютно честными в преподавании – нет дополнительных факторов, таких как плата за обучение, которые бы влияли бы на учебный процесс. Если у ребенка есть способности, он учится, если их недостаточно, – он уходит из школы. Конечно, штат выделяет деньги на определенное количество учащихся, но при нашем конкурсе всегда есть претенденты на освободившееся место. Но, конечно, процесс балетного обучения сложный. Например, у нас набран первый класс, в котором 20 девочек. Но до выпуска в этом году дошло девять девочек. Правда, при этом выпустилось одиннадцать мальчиков, и это нонсенс, когда в балетной школе мальчиков больше, чем девочек. 

Учитывая, что главные театры Бразилии в Рио-де-Жанейро и Сан-Паоло практически не функционируют, помогаете ли вы выпускникам найти работу после окончания школы? 

Предмет гордости нашей школы – то, что около 75 процентов выпускников работают по специальности, причем почти все – на позиции солистов, мало кто остается в кордебалете. Обычно лучшие  выпускники остаются в «Молодом балете», который работает у нас при школе. Они набирают репертуар, ездят на гастроли с концертами и спектаклями, получают зарплату, которую обычно копят для того, чтобы потом поехать на просмотры в театры за границу. По статистике сейчас во всех немецких танцевальных компаниях есть выпускники школы.

Анна Коблова с ученицами

Есть наши люди в Американском балетном театре, в бывшей труппе Мориса Бежара в Швейцарии, в Казани, Екатеринбурге. На сайте школы есть раздел, где собрана информация обо всех планирующихся просмотрах в балетных труппах Америки и Европы. К тому же наши выпускники, уезжая, остаются на связи со школой, поэтому если есть какие-то вакансии, то обязательно о них сообщают. Еще один из ресурсов трудоустройства – это конкурсы. Идеальный вариант – тот, что случился полтора года назад в Перми, когда наша команда приехала туда участвовать в конкурсе «Арабеск», а по его итогам несколько человек получили приглашение в труппе Пермского театра оперы и балета. 

Сохраняется ли сейчас связь школы с Большим театром? Должны ли вы каким-то образом подтверждать профессиональный уровень, чтобы сохранять статус школы Большого театра? 

Во-первых, наши студенты учатся в школе по программе, идентичной программе Московской академии хореографии, и имеют те же дисциплины - классический танец, народный, дуэтный, история балета, история театра, современная хореография, репертуар, концерты. Художественным руководителем школы является Павел Казарян, который, как и я, начинал в Большом театре. В прошлом году наши педагоги, многие из которых выпускники нашей же школы, ездили на стажировку в Большой театр. То есть была возможность соотнести происходящее в школе с процессами, идущими в Большом театре.

Большой Театр

Я себя считаю связующим звеном между Бразилией и Россией, поскольку я ученица Нины Семизоровой в РАТИ и Светланы Адырхаевой в театре. Мужские классы в Жоинвилле ведет Дмитрий Афанасьев, в прошлом солист Большого театра. К сожалению, ушла из жизни Галина Кравченко, которая была патронессой школы до 2017 года. Школа ощущает огромную поддержку благодаря международному бренду Большого театра. Но это требует соответствия этому уровню. По себе могу сказать, что чувствую это не только в классе, но даже в личной жизни.

Было интересно? Тогда подпишитесь на страницу Russia Beyond на фейсбуке

Наш сайт использует куки. Нажмите сюда , чтобы узнать больше об этом.

Согласен