Как русским евреям удалось стать генералами Вермахта

Архивное фото/Getty Images
По нацистским канонам эти люди должны были закончить жизнь в концлагере. Но вместо этого они умудрились занять высокие посты в руководстве вооруженных сил Третьего Рейха.

Мишлинги

Не все евреи во время Холокоста погибали в концентрационных лагерях. Десятки тысяч сражались за Германию в окопах Второй мировой войны и даже были представлены к наградам. 

«Мишлинги» (так нацисты называли метисов со смешанными еврейскими и арийскими корнями) могли служить, однако, формально им запрещалось продвижение по служебной лестнице и занятие официальных должностей. На практике же, все зависело от того, выгоден ли режиму конкретный человек или нет.

Так, десятки мишлингов командовали дивизиями, корпусами и армиями. А про генерал-фельдмаршала авиации Эрхарда Мильха, у которого отец был евреем, высоко ценивший его Герман Геринг говорил: «Я сам буду решать, кто здесь еврей, а кто нет». 

Эрхард Мильх (крайний слева).

Статус немецкого и восточноевропейского мишлинга кардинально различались. На оккупированных территориях Польши и Советского Союза немцы не разбирались, какой процент еврейской крови у человека. Все полукровки классифицировались как евреи, которых ожидала одна печальная судьба.

Нескольким русским евреям, тем не менее, удалось не только избежать этой участи, но и занять высокие посты в Сухопутной армии Германии.

Балканский генерал

Разгром Югославии Вермахтом в 1941 году бывший полковник русской императорской армии и активный участник Гражданской войны Борис Штейфон наблюдал воочию в Белграде. После гибели Белого движения он, обосновавшись на Балканах, занимался мемуаристикой и научной деятельностью.

Будучи уже в почтенном возрасте 59 лет, Штейфон не собирался возвращаться к карьере военного. Однако приход нацистов внес свои коррективы. Югославские коммунисты Иосипа Броза Тито активизировали свою борьбу с оккупантами, но воюя с немцами, нередко убивали и белогвардейских эмигрантов.

Для борьбы с этими партизанами немцы создали Русский охранный корпус, в который охотно вступали проживающие в Югославии русские эмигранты. Численностью в 11 тысяч человек, он был одним из самых крупных белоэмигрантских формирований в Вермахте. Помимо охоты за коммунистами, корпус был занят охраной коммуникаций, карательными операциями, а в последние годы вступал в прямые столкновения с наступающими частями Красной Армии.

Борис Штейфон.

Борис Штейфон был приглашен в Русский охранный корпус в качестве начальника штаба, а вскоре и возглавил его. Немцы прекрасно знали о том, что Штейфон - сын крещеного еврея, но предпочли закрыть на это глаза. По мнению исследователя Илья Куксина, кадровое офицерство Вермахта видело в нем прежде всего высококвалифицированного военного и убеждённого антикоммуниста. Для них было достаточно, что его мать русская, а сам он крещен. 

Генерал-лейтенант Борис Штейфон командовал корпусом практически до самого конца войны, пока не умер от сердечного приступа 30 апреля 1945 года. Сам же корпус прорвался в Австрию и сдался англичанам. Несмотря на требования, он не был выдан советской стороне, поскольку большинство его солдат никогда не было гражданами СССР.       

Офицер двух разведок

Будущий генерал-майор Вермахта, Борис Хольмстон-Смысловский происходил из дворянского рода еврейского происхождения. Пройдя горнило Первой мировой и гражданской войн, он как и тысячи других русских офицеров оказался в эмиграции.  

Но если большинство белоэмигрантов, решивших поквитаться с большевиками, примкнули к немцам только во время войны, то Хольмстон-Смысловский вошел в германскую военную среду гораздо раньше, даже до прихода Гитлера к власти. В 1928-1932 гг. он прошел обучение на разведывательных курсах при Войсковом управлении Рейхсвера.

Приобретенные тогда полезные знакомства позволили ему оказаться в дальнейшем на высших должностях в структуре военной разведки Абвера. О еврейской родословной такого ценного кадра вопрос даже не поднимался.

Борис Хольмстон-Смысловский.

В 1943 году глава Абвера адмирал Вильгельм Канарис лично вступился за своего офицера, когда последнего арестовали по обвинению в предательстве. Хольмстон-Смысловский открыто выступил против плана руководителя РОА Власова воевать на западном фронте - он считал, что русские должны воевать только против большевиков. 

В течение всей войны Борис Хольмстон-Смысловский организовывал и проводил разведывательные и диверсионные операции в советскому тылу, осуществлял обнаружение и ликвидацию партизанских отрядов. Для этих целей в его подчинении находилась дивизия «Руссланд» (до 10 тыс. человек), переименованная в самом конце войны в 1-ю Русскую национальную армию. 

Именно с остатками своей «армии» в несколько сот человек он в мае 1945-го ушел на территорию Лихтенштейна, где она была интернирована. Власти этого маленького государства отказались выдать их СССР, а советские обвинения в военных преступлениях отвергли за неимением доказательств.

В дальнейшем Хольмстон-Смысловский продолжил свою разведывательную деятельность, теперь уже в американской разведке. В разное время он консультировал Генеральный штаб Вооруженных Сил ФРГ и был советником аргентинского президента Хуана Перона.

Умер Борис Хольмстон-Смысловский в 1988 году, в возрасте 90 лет, в том самом Лихтенштейне, который ему так полюбился еще во время войны. 

Было интересно? Тогда подпишитесь на страницу Russia Beyond на фейсбуке
А вот еще

Наш сайт использует куки. Нажмите сюда , чтобы узнать больше об этом.

Согласен