Самая страшная трагедия советского военно-морского флота

Крейсер «Киров».

Крейсер «Киров».

Архивное фото
Летом 1941 года Балтийский флот пошел на прорыв из почти захваченного немцами Таллина в сторону Ленинграда. Из-за недальновидности советского командования морякам пришлось пройти через настоящий ад.

В конце лета 1941 года военно-морской флот СССР пережил несколько самых черных дней в своей истории. 28 августа, практически на глазах у ворвавшихся в Таллин немецких войск Краснознаменный Балтийский флот покинул порт столицы советской Эстонии и пошел на прорыв в сторону Ленинграда.

Так называемый Таллинский переход закончился потерей свыше 50 кораблей и стоил жизни больше десяти тысячам советских солдат, моряков и гражданских.

Западня

Таллин стал главной базой советского Балтийского флота вскоре после присоединения балтийских государств к СССР в 1940 году. Город был хорошо подготовлен к отражению нападения с моря и с воздуха. Слабым местом в обороне оставались укрепления на суше — никто и подумать не мог, что враг сможет, пройдя Литву и Латвию, добраться до столицы Эстонии.

Порт Таллина 1 сентября 1941 года, после захвата города немцами.

Однако именно это и произошло. Нацистские войска группы армии Север вступили на эстонскую территорию уже в начале июля, а 7 августа они вышли на побережье Финского залива, отрезав город по суше от основных сил Красной Армии. Но даже в такой ситуации советское командование не давало приказ на эвакуацию Таллина, намереваясь защищать его до последнего. При этом сил для обороны было совсем немного: части 10-ого стрелкового корпуса, моряки, подразделения НКВД и отряды местной самообороны. 

25 августа положение стало критическим — советские войска были оттеснены на главный оборонительный рубеж в окрестностях Таллина. и немецкая артиллерия получила возможность накрывать обстрелом весь город и порт. Спасало только то, что и корабли Балтийского флота могли теперь вести огонь по противнику. Это огневая поддержка очень пригодилась войскам, прикрывающим долгожданную эвакуацию Балтийского флота, объявленную его командующим вице-адмиралом Владимиром Трибуцем 27 августа. 

Эвакуация 

Весь последующий день и всю ночь шла посадка на корабли. Она проходила в обстановке полного хаоса и отсутствия какой-либо системы. Ко всему этому добавилась паника — бои шли уже на улицах города.

Владимир Трибуц.

Корабли были перегружены, места не хватило многим мечущимся по причалу солдатам и матросам. О технике речь даже не шла — ее скидывали в море или подрывали. Не попали на борт и многие сражающиеся в это время с врагом части Красной Армии. Когда немцы заняли Таллин, то взяли в плен около 11 тысяч советских солдат.

28 августа 225 кораблей Балтийского флота в составе четырех конвоев покинули Таллин и взяли курс на военно-морскую базу Кронштадт на острове Котлин около Ленинграда. На их борту находилось по разным данным от 20 до 41 тысячи человек, среди которых были военнослужащие 10-го корпуса, гражданское население и руководство советской Эстонии.

Катастрофа

Командование Балтийского флота было хорошо осведомлено, что еще с июля немцы и финны плотно минировали Финский залив, однако ничего не сделало для исправления ситуации. В итоге именно минные заграждения, через которые пришлось идти советским кораблям, и стали главной причиной трагедии.

Конвои шли предельно медленно вслед за тральщиками, чьей задачей было обнаружение и уничтожение мин. Часто советские корабли, попадая под обстрел неприятельской береговой артиллерии или атаку финских торпедных катеров (немецкие корабли в боях не участвовали), выбивались из узкой протраленной полосы, нарывались на мины и тонули в течение буквально нескольких минут.  

Тихоходная масса кораблей стала прекрасной мишенью для самолетов Люфтваффе, расстреливавших их как на учениях. И даже если немецким летчикам не удавалось самим потопить корабль, он нередко сбивался с курса из-за паники и повреждений и погибал от тех же мин. 

Советской авиации в небе не было. Запоздалая эвакуация проводилась тогда, когда все взлетные полосы около Таллина были давно потеряны. Истребители могли обеспечить поддержку конвоям только на завершающем этапе маршрута. Как горько шутили моряки: «Мы шли от Таллина до Кронштадта под прикрытием немецких пикировщиков».

Командование флотом потеряло контроль над операцией практически сразу после ухода из Таллина. Корабли действовали на свой страх и риск и продолжали массово гибнуть от мин. Подрывались и тонули сами немногочисленные тральщики, вынужденные делать переход в ночное время. Почти полностью погиб весь арьергард (пять кораблей из шести), к которому тральщиков не придали изначально.

Потери были огромными. Из 1280 человек на борту затонувшего транспортного корабля «Алев» спаслось только шестеро. Заместитель начальника Особого отдела 10-го стрелкового корпуса лейтенант госбезопасности Доронин докладывал, что слышал во время потопления на транспорте «Верония» многочисленные револьверные выстрелы — люди не хотели уходить под воду живыми.

«Вдруг почти над серединой корабля взвилось огненно-черное облако. Пламя поднялось до верхушек мачт, а расширяющийся кверху столб черного дыма и летящих в стороны и вверх каких-то предметов, поднялся раза в два выше пламени», — так Владимир Трифонов, сигнальщик с ледокола «Суур-Тылл», вспоминал о гибели эсминца «Яков Свердлов»: «Через несколько секунд, когда рассеялся и отстал от идущего по инерции, смертельно раненного корабля дым, я четко увидел, что корабль разорван пополам, его носовая и кормовая части начали задираться вверх, а части разорванного корпуса погружаться в воду. В течение не более двух минут корабля не стало».    

Под постоянными атаками немецких самолетов морякам, тем не менее, удалось спасти из воды живыми более 9 тысяч человек. Только, когда с приближением к Кронштадту в небе появилась советская авиация, Балтийский флот смог почувствовать себя в относительной безопасности. 

Из огня да в полымя

За три дня, в течение которых проходил Таллинский переход, Балтийский флот потерял от 50 до 62 кораблей, среди которых были эскадренные миноносцы, подводные лодки, тральщики, сторожевые, пограничные и торпедные катера. Однако большую часть потерь (больше 40) составили транспортные и вспомогательные суда. Немцы, в свою очередь, лишились 10 самолетов.

При прорыве погибло от 11 до 15 тысяч человек. Помимо гибели мирного населения, Красная Армия и Военно-морской флот СССР потеряли множество обладавших бесценным боевым опытом боев за Эстонию солдат 10-ого стрелкового корпуса и моряков.

Несмотря на большие потери, Балтийский флот сохранился в качестве боеспособной единицы. Пережив тяжелое испытание, он, однако, не получил много времени на отдых. Уже через неделю начались тяжелые бои за Ленинград, в которых ему предстояло сыграть значительную роль.   

А вот еще

Наш сайт использует куки. Нажмите сюда , чтобы узнать больше об этом.

Согласен